декабрь 2018
Интервью с певицей
Боженой Войцешевска
Беседу вела Мария Ицкова
Фотограф Нора Жанэ
Работа с текстом и вёрстка Катерины Вендилло
О Вас говорят, что такого «женского рока» в России ещё не слышали. Есть ли ещё
кто-то с нашей эстрады, кого можно отнести к этому «женскому року»?
Я считаю, что у нас в стране нет такого музыкального направления как классик рок. Я не говорю о русском роке - это отдельное направление, респект и уважуха тем, кто это делает. Что касается женского рока, то я, к сожалению, не вижу конкуренции, ведь она рождает здоровый интерес и желание сделать что-то лучше.
— В СМИ я часто видела, что Ваш музыкальный стиль характеризуют как «гарбаджеподобный тяжеляк». Поясните нашим читателям, что это значит и согласны ли Вы с таким определением своего творчества?
Это определение дал мне музыкальный критик Вадим Пономарев в 2009 году, когда я выпустила первый альбом. Я не поддерживаю такое определение, хоть и уважаю Вадима. Во-первых, моя музыка не такая тяжелая. Во-вторых, я не считаю, что в моей музыке есть чертовщина и дьявольщина: в ней есть я, со своим характером, сложным и тяжелым.
Меня удивляют современные музыканты: они ничего не хотят и всё сводят к материальному. Я рассуждаю и мыслью иначе.
— Ваш клип «Дьявола дочь» напоминает по стилистике серьезные клипы 80х-90х, например, Alice in Chains. Вы вдохновлялись стилистикой зарубежных или российских рокеров того времени?
Могу с уверенностью сказать, что задумка не вышла, потому что коллектив был женским, может по этой причине у нас было много разногласий, вплоть до того, что мы полгода утверждали сценарий. Изначально хотелось сделать что-то нереально мистическое, задумка была связана с фильмом «Звонок». Сейчас мне кажется, что не совсем вышло, хотя работа была проделана очень классная: все декорации были живые, мы их строили сами в огромном павильоне, красили стены, рисовали, работали с пространством. Опыт получился замечательный.
— На какую следующую песню будете снимать клип?
Сейчас я работаю над новым альбомом, он в процессе записи. Клип будет на новую песню, а на какую - пусть это останется секретом, не будем раскрывать все карты.
— Я знаю, что Вам очень нравится наша столица. Какое место в Москве или, может быть, в России в целом вдохновляет Вас, настраивает на нужный лад?
Мне нравится всё новое, что делают за идею, а не для показухи.
Каждый раз, когда я думаю о Москве, у меня на глаза наворачиваются слезы. У меня мурашки от слова «родина». Я была во многих городах страны, но через несколько дней мне уже хочется домой в Москву. Хотя я в Москве и не родилась, но это удивительный город, другого такого нет. Мне очень нравятся Новодевичьи пруды, Патриаршие пруды, из нового - Зарядье. Здорово, что в центре организовали такое доступное место. Пока ещё не так много зелени, но меня очень порадовали концертные площадки.
— Да, сейчас возможности ограничены лишь воображением.
А с этого всё и начинается. Сначала нужно всё вообразить, а потом уже заморочиться, как это сделать. Я например люблю составлять списки. Очень удивительно смотреть списки шестилетней давности и думать о том, какая я была амбициозная. И самое главное, что это никуда не девается (смеется).
Я из тех, кто составляет списки в свой день рождения, в мае. Они бывают ежемесячные, ежегодные, на пятилетки, на десятилетия: когда тебе понятна цель, то проще к ней двигаться. Можешь разделить её на подцели изменить, подформатировать, но ты всегда должен понимать, куда и зачем.
— Ещё немножко о России. Есть ли в России тот самый город, который можно назвать столицей рока?
Нет такого города в нашей стране. Я не буду придерживаться стереотипов, что это Екатеринбург или Питер. Для каждого человека, занимающего рок-музыкой, столицей будет тот город, в котором он сможет совершить то, что он до этого не делал.

Я родилась на Дальнем Востоке, почти в 7.000 километров от Москвы, и когда меня спрашивают: «Почему Москва?», я смело говорю, что это мог быть любой другой город, Екатеринбург, Новосибирск, Уфа, Казань - у нас много
прекрасных городов, но так сложилось, что я оказалась в Москве. Я никогда об этом не мечтала, так легли карты. Поэтому если я могу сделать это в Москве, то моей рок-столицей будет Москва.
В эпоху интернета не так важно, где ты находишься. Если ты делаешь делаешь действительно качественный продукт, то ты найти своих слушателей, сидя в Находке или в Большом Камне, который находится ещё дальше от Москвы.
— Рок - это во многом бунт. Против чего Вы бунтуете?
Моя музыка - это мои личные переживания отрицания и несогласия. Поэтому я не касаюсь ни политики, ни религии.
Я бунтую против вещей, связанных с поведением мужского пола, с несогласием с лицемерием, предательством, враньем. Я не могу это всё терпеть еще с детства. Я не понимаю, почему мужчины перестали ухаживать, дарить цветы. Это образно, конечно. Но я вижу много своих приятельниц, которые не очень страдают от мужского внимания, поскольку отношения меж полами меняются. Кому-то это может показать старомодным, но я считаю, что мужчина должен быть мужчиной. Хочу обратиться к тем девушкам, которые разочаровались: вы не одиноки. Такое было и со мной в том числе. Ничего страшного в этом нет, нужно идти вперед, всегда.
— Рок считается стилем с некой глубиной. Есть ли место в нашей стране настоящему «честному» року?
Многие питерские группы до сих пор играют замечательную музыку с глубоким смыслом. А у меня конкретная направленность: я за справедливость, против предательства, лицемерия, и не устану об этом говорить.

Для меня рок - это просто честная музыка. Есть девушки, которые любят носить каблуки, бюстгальтеры-пушапы. Они понимают, что это жутко неудобно, но не могут иначе. Для них это картинка, маска. А есть те, кто тоже прекрасно выглядят, но считает нужным делать всё по-честному, я из таких. Если мне что-то нравится, я говорю об этом. Я не притворяюсь, жизнь коротка, вранье всегда видно. Особенно в условиях отсутствия шоу-бизнеса в нашей стране с засилием этих девушек, которые эскорт - не эскорт, певицы - не певицы, ну сколько можно! Если вы не певица, а просто хотите хорошей жизни, то не нужно петь.
Нельзя унывать! Для каждой девушки есть свой принц на белом
коне. Только непонятно, где он ходит.
— Как заниматься шоу-бизнесом в его отсутствии?
Ты должен делать то, что считаешь нужным и как считаешь нужным. Грубо говоря, выходишь в чисто поле и начинаешь его культивировать, окучивать, обрабатывать, смотришь, что сработает, а что нет. Ни правил, ни шаблонов, ни схем - ничего нет. С одной стороны, это свобода, но с другой ты не знаешь, когда случится то, к чему ты идёшь. Ты не можешь прогнозировать и даже предполагать, ты даже не знаешь, сработает это или нет.

В тех странах, где есть законы и бизнес, в этом смысле гораздо проще. Люди работают по определенным схемам. В нашей стране этого нет, но это очень хорошо для творческих людей: ты делаешь то, что считаешь нужным.
Нет алгоритмов для того, чтобы написать хорошую песню, стать успешным, стать счастливым, чтобы найти свою вторую половинку. Все знания, которые нам нужны, у нас и так есть. Поэтому основная задача - узнать себя как можно лучше.
— В одном из интервью Вы говорили, что внешность рокера - это не главное. Бывали ли у Вас эксперименты во внешности?
Нет, я не люблю эксперименты. Я всегда была брюнеткой с длинными
волосами. Ничего не хотелось в себе менять, даже никогда не представляла себя блондинкой, это всегда было шуткой: «когда выйду на пенсию, позволю себе поэкспериментировать». Но однажды захотелось, случился порыв. Быть блондинкой оказалось очень сложно, нужен постоянный мастер, да и бывает так, что осветление может пойти не очень удачно.

Я предпочитаю экспериментировать с музыкой.
— Насколько тяжело Вам, хрупкой девушке, работать в сложном и, к сожалению, практически сугубо мужском мире музыкального продюсирования?
На самом деле с мужчинами работать хорошо. Мне всегда с мальчишками
нравилось, ещё в детском саду. С ними всегда понятно, что делать. А вот
мужчины-музыканты - это совсем другая история. Они большие дети, к ним нужен особый подход. Но я очень уважаю музыкантов, потому что нужно иметь неимоверное желание, стремление и упорство, чтобы заниматься музыкой. Это удивительные люди.
— У нас в стране глубоко укоренилось мнение о «женских» и «мужских» профессиях. Есть
ли у Вас амбиции побороть некие стереотипы в мире музыки? Грубо говоря, у нас принято, что мужчины - продюсеры, а женщины - певицы. А Вы ведете свой бренд «BOJENA» сами. Может, Вы хотите заняться продвижением других людей?
Я занимаюсь музыкальным продюсированием, но у меня и на себя-то времени еле хватает. Первый альбом был записан в 2010 году, второй в 2014, поэтому у меня пока нет сил и желания заниматься другими людьми. И я не считаю, что есть разница между мужскими и женскими профессиями. У меня нет в окружении людей, мыслящих стереотипами. Это ерунда. Есть много замечательных мужчин певцов. Чего стоит недавно вышедший
фильм про Фредди Меркьюри. Есть и женщины космонавты.
Женщина вполне может быть президентом. К этому всё и идет, не зря же «Россия» - женского рода. В общем, гоните стереотипы прочь!
— Вы говорили, что песни приходят к вам словно SMS-ки. Научились ли Вы контролировать этот поток, есть ли у Вас какие-то методы, чтобы не только перекрыть
канал, но и открыть его, когда нужно?
Когда понимаю, что вот сейчас придет SMS-ка, у меня начинает «свербить» в носу и на языке. Поэтому я стараюсь даже намеренно отходить от инструмента. Выжидаю какое-то время от занятия музыкой, неделю или больше, ведь от этого потока нужно отдыхать. Я намеренно заставляю себя делать перерывы. Не хочу исписаться, выдохнуться, повторяться. Часто бывает, что принимаешь информацию неправильно, песня получается немного не такая. Она могла бы быть замечательной, но что-то не сложилось.
— Бывает, что Вы пишете в стол?
На все песни возлагается надежда, нет смысла писать в стол. Хотя когда
говорят: «нужно сделать хит», я страшно удивляюсь. Ведь это невозможно просчитать заранее! Зато если действительно получился хит, это видят все. Я часто проверяю свои песни на детях своих друзей. Пять-шесть лет - это единственный возраст, когда обмануть невозможно. Какую песню ребенок напевает, такая и выстрелит. Ведь дело не в словах, а в том, цепляет или нет.
— Мне известно, что Вам импонирует Первый канал, Вы даже несколько раз были гостьей
программы «МужскоеЖенское». Есть ли желание покорить телевизионный Олимп или ТВ - не Ваш формат?
Мне кажется, что я его уже покорила: за пять месяцев меня приглашали 4 раза как звездного эксперта. Думаю, весной я буду на «Вечернем Урганте». У меня же весной будет премьера альбома - 11 треков. В попадании на ТВ ничего сложного нет, но жаль, что в нашей большой стране только Ургант пока и есть, а му музыкальных передач не хватает.

Меня довольно охотно приглашают, нужны же новые лица. Хотя я, честно говоря, телевизор не смотрю. Четыре года назад избавилась от «коробки» из-за
отсутствия времени. Если я хочу что-то посмотреть, то целенаправленно смотрю в интернете.
— Вы говорили, что работаете над песнями в соавторстве со своим другом/коллегой. Есть ли у Вас устоявшаяся команда в работе над клипами, например?
Все те, кто работал над клипом, были единоразово созданной командой. Среди них есть люди, с которыми я прекрасно общаюсь. Например, с фотографом
и оператором клипа Норой Жанэ я поддерживаю хороший контакт. Мы с ней сработались, чувствуем друг друга. Также я работаю со своим со-автором уже
много лет.

Что касается студии и музыкального коллектива, могу сказать, что во всех моих песнях звучит единственный басист. В последних работах также неизменен гитарист. Но конкретного коллектива пока нет, он ещё будет формироваться. Стараюсь не загадывать.
— Как Вам кажется, есть ли для Вашего творчества место на каноничной российской эстраде? И главное: хотите ли Вы на неё попасть?
Как бы многие деятели, «пузатые и волосатые папы Карло», не говорили, что «пипл хавает», это не так. «Хавать» будет часть, а остальные будут жить осознанно.
А что там делать? Пусть меня закидают тапками, но я считаю, что у нас нет шоу-бизнеса. Должны быть хоть какие-то намеки на бизнес. А у нас либо монополия, либо сабантуи, либо договоренности. Поэтому никуда попадать я не хочу. Я хочу заниматься музыкой, что я и делаю. Я бы с удовольствием выступила, но главное понимать, где и зачем. Сниматься в плейбое или в голубом огоньке - это не моя история. Я всегда открыта к новым предложениям, я люблю какие-то допустимые эксперименты. Превращаться для эпатажа в Леди Гагу не нужно, это уже никому не интересно.

Сейчас пришло время настоящего. Настоящих отношений, настоящей музыки, книг, фильмов. Мы можем целый год жить в общежитии, есть фаст-фуд, но раз в год поесть маминого борща и котлет - бесценно. Настоящее нас держит и привлекает. У обычных людей появляется время чтобы рассуждать, что хорошо, что плохо, делать свой осознанный выбор. И они его делают.
Поколение молодых людей принимают решения самостоятельно, они сами выбирают свои занятия и хобби. Сейчас есть много деятелей в интернете, которые собирают сольные концерты. Они не мелькают в телевизоре, но с аудиторией у них все в порядке.
— Расскажите, пожалуйста, нашим читателям о своих грядущих планах. Что Вы хотите сделать в ближайшие 10 лет?
Про ближайшие десять сказать не могу, но точно знаю, что в следующем году выйдет релиз моего нового альбома, который называется «Серебряные пули».

Из глобального: я хочу организовать свой сольный концерт на Красной площади! Маккартни может, а чем я хуже? Обязательно родить ребенка, дети - это прекрасно. Хочется долго, хорошо работать. Каждый год выпускать по альбому, на каждую песню снимать клип.
Другие публикации, которые могут быть Вам интересны: