Июнь 2016
Мозаики Пафоса
Автор статьи: Катерина Вендилло
Фото: Ксения Пшеничная
Как нам привычно приезжать туристом в разные места нашей планеты и смотреть достопримечательности... Но что на самом деле мы видим? Действительно ли вдумываемся в те безмолвные осколки культуры, когда-то понятные своим современникам без лишних слов? Да и можно ли по-настоящему почувствовать место, не попытавшись заглянуть за завесу времени, культуры, природы и нравов людей, бродивших до тебя по той же земле?

Давайте перенесёмся на остров Кипр, в белую от солнца жару, стоящую над бирюзовым морем, и совершим познавательную прогулку, из которой вернёмся обновленными и полными сил.

В этой статье есть всё: и трактор, чуть не вспахавший древний город, и много античности, и винно-наркотические экстазы Диониса, и разного рода любовь между людьми и богами, и первые Ромео и Джульетта, которыми вдохновился Шекспир, и блеск пиров Римской Империи, и зависть, и разговоры о судьбе, о вечности и смерти, и даже связь античных представителей и сцен из романов Олдоса Хаксли.

Итак, в путь...

«Пафос» в переводе с греческого — чувство, возбуждение, воодушевление. По удивительному стечению обстоятельств именно эти эмоции испытываешь, когда оказываешься в этом небольшом, светлом, морском городке в западной части острова Кипр. У лазурного, чистейшего моря они мягки и приветливы, как солёный бриз, но когда касаешься, хотя бы взглядом, обтесанных давно ушедшими руками камней, они набирают силу, раздуваются и выходят наружу в виде яростной жестикуляции, бесконечных бесед и лёгкой дрожи в ногах от соприкосновения с древностью.

А началось всё с того, что в 1962 г., трактор, вспахивавший каменистую землю на пологом берегу моря, между английским белым маяком и византийской крепостью, наткнулся на удивительное: римское мозаичное панно! Раскопки привели к тому, что на этом месте родился археологический музей с большим количеством римских мозаик и фундаментов зданий. Так из небытия возродился античный город Неа-Пафос, украсивший собой списки ЮНЕСКО.
По преданию, Пафос был основан греком Агепенором, попавшим на остров Кипр при возвращении из-под Трои и соорудившим храм любви-Афродиты, которая именно здесь выходила из пены морской, хотя по свидетельствам археологов, поселения здесь были ещё в Х веке до н.э. За 300 лет до рождения одного плотника город был довольно удачно устроен, имел разбивку на кварталы, торговую, публичную и жилую зоны, культурные сооружения типа библиотек, театров и гимназий, а также городскую стену.
Позже Пафос (вместе с Кипром) побывал под началом персов, греков, и даже египтян, представляя собой военный лагерь под управлением стратега, присланного египетским царём. Именно тогда, во II веке до н. э., благодаря развитому порту и близости к Александрии, в Пафос была перенесена столица, поэтому неудивительно, что именно здесь сосредоточены наиболее значительные памятники эллинистического времени, сохранившиеся на Кипре: Амфитеатр, Одеон, храм Асклепия, Форум (Агора), храмы Зевса, Афродиты, Аполлона, Артемиды, а кроме того общественные бани и канализационные каналы.
В 58 году до н. э. власть над Кипром переходит Римской Империи, став её провинцией и получив в наследство уклад её жизни. Колоннады с лавками и мастерскими и внушительные дома богатых горожан — на остатки этого великолепия как раз и наткнулась лопата в середине прошлого века.
В 45-47 годах апостол Павел принёс сюда христианство, благодаря его проповедям оно получило распространение на острове. Видимо, по привычке, церкви новой веры и скиты отшельников сначала располагались в катакомбах. Во II веке, после сильных землетрясений, Неа Пафос пришёл в упадок, столицу перенесли, а камни его строений использовали для строительства новых городов. Но фундаменты-то нам остались! И именно о них, точнее даже о полах в богатых римских виллах, пойдет речь ниже.
Вилла Эона
Небольшое здание под крышей — первое, на что натыкаешься в археологическом парке Пафоса. В нём две мозаики: одна с геометрическим узором, а вторая на контрасте настолько удивительно смотрится, что пойти дальше, не разглядев все 6 мозаичных историй, невозможно.

Эти мозаики относятся к IV веку нашей эры, они украшают пол дома Эона, названного так по основному персонажу — богу вечности Эону (в римской традиции он же — Этернитас), изображенному в центре. Это великолепное полотно, по которому относительно недавно ступали сандалии и шелестели тоги, отличающие римлянина от простого смертного, украшало центральную комнату, служившую столовой и гостиной. Стены дома также были украшены фресками и скульптурами.

Всего лишь небольшие каменные кусочки, размером от 2 до 5 мм, составляют это произведение искусства, напоминающее потолки российских императорских дворцов. Глядя на него, начинаешь чувствовать время, такое длинное и так искусно связующее поколения, в голове проносятся и история церкви, и ренессанс, и барокко и даже то современное, с чем мы живем в первой четверти XXI века.
Купание Диониса

Рассмотрим, перевесившись через перила, поподробнее. Вот, например, изображение первого купания Диониса, бога плодоносящих сил земли. Гермес, на коленях у которого сидит новорожденный, хочет передать младенца его будущему наставнику, старому Трофевсу и нимфам, которые готовят для него ванну. Рядом с молодым богом также располагаются три олицетворения: Теогония, Нектар и Амброзия.
Состязание в красоте между Кассиопеей и Нереидой

Центральная часть комнаты украшена двумя мозаичными сценами: на земле и под водой. В центре уже упомянутый нами Эон представляет Кассиопею, победительницу конкурса красоты. Юная красавица позирует перед судьями и получает корону. Морские нимфы нереиды, дочери короля Нерея — Галатея, Дорида и Фетида, недовольны своим проигрышем. Зевс и Афина приветствуют победительницу, грустный Эрос (Купидон) сидит на быке и наблюдает за всей сценой.

В отместку царь Нерей, бог моря и покровитель моряков, насылает на Эфиопию наводнение и чудовище. Будь скромнее, и жизнь будет спокойнее, как бы говорят друг другу римляне.
Триумф Диониса

Эта мозаика сохранилась хуже остальных, но все-таки она представляет триумфальное шествие Диониса по миру. Дионис едет в повозке, которую везут два кентавра, и держит в руках лиру и флейту. Полуголая менада стоит во главе шествия, молодой сатир держит поднос с фруктами, подношение богу. Позади Диониса — сидящий на муле Трофевс, его наставник, и девочка с корзиной на голове. Эта сцена отличается от других процессий Диониса, так как здесь представлена серьёзная церемония, без пьяных сатиров и танцовщиц, двигающихся в экстазе. Но подробнее о Дионисе мы поговорим чуть позже.
Аполлон и Марсий

Здесь также изображается состязание, но уже между богом и человеком: в нём участвуют флейтист Марсий и Аполлон, бог искусств, покровитель муз и искусный игрок на лире. Марсий выиграл у Аполлона и был приговорен к смерти за брошенный богу вызов. Аполлон озвучивает приговор, два скифа хватают Марсия, коленопреклонённый Олимп, ученик Марсия, молит о пощаде для своего учителя. Рядом с Аполлоном — олицетворение заблуждения.

Даже боги могут ошибаться, никому не чуждо заблуждение. Будь проще и признавай свои ошибки без стеснения. И все-таки думай, с кем вступаешь в спор, а вдруг это нарцисс? Хотя о нарциссах — попозже.
Вилла Тесея
Рядом с богатым домом, чьи полы украшает бог вечности Эон, находятся основания дворца римских проконсулов, правивших на Кипре до конца IV века. Само здание было построено во II веке нашей эры, затем разрушено землетрясением, отстроено заново и окончательно разрушено в VII веке арабскими войсками.

Этот дом — крупнейшее сооружение на острове, оставшееся от римского периода! Он имел внутренний двор, множество хозяйственных построек, свыше ста комнат и собственные термы.

Его мозаики объёмны и разнообразны, некоторые можно даже потрогать рукой или подошвой ботинка. Самые известные изображения этого дома — сцена битвы Тесея и Минотавра и первое купание героя Ахиллеса.
Тесей и Минотавр

III век до нашей эры. Сцена поединка героя и чудовища располагается в центре круга, который состоит из переплетений, изображающих лабиринт. Также лабиринт представлен в виде старца позади Тесея. Конечно, не обошлось без Ариадны и её спасительной нити (левый верхний угол), а дама в правой верхней части — олицетворение острова Крит.

Победи в себе чудище, как бы говорит нам древняя мудрость. И не только конкретное, в виде быка, но и абстрактное, в виде жизненных лабиринтов, пересечений и путаниц. Жизнь сложна, но этим она и прекрасна.
Омовение Ахилла

Пол в самой большой комнате дома, парадном зале для аудиенций покрывала мраморная плитка, но не обошлось и без мозаики: единственное, что здесь осталось — это длинное мозаичное панно V века н.э. с изображением купания младенца-Ахиллеса. Пойдём слева направо.

Светловолосая кормилица держит малыша на коленях и собирается опустить его в круглый бассейн, его мать Фетида отдыхает на лежанке, отец, царь Пелей, сидит в кресле и держит в руках жезл. За отцом стоят три мойры, вестницы судьбы: Лахесис с весами («дающая жребий» ещё до рождения человека), Клото с веретеном и прялкой («прядущая» нить человеческой жизни) и Атропос с открытым пергаментом («неотвратимая», неуклонно приближающая будущее).

Интересно, что на поврежденном месте было изображение того же младенца, сидящего на коленях у матери, то есть Ахиллес здесь изображен дважды.

Философская составляющая этого изображения ясна и заставляет задуматься о том, сам ли человек выбирает свою судьбу и идёт до неизбежного конца, сделав себя, или эта судьба даётся ему заранее. Задумывались об этом многие, что подтверждают изображения первого омовения Иисуса в византийских храмах, очень похожие на античные мозаики.
Вилла Диониса

Самое большое скопление мозаик в археологическом парке Пафоса находится на «вилле Диониса» — в богатом доме, построенном на месте каменного святилища в начале II века н. э. и также разрушенного землетрясением. Именно здесь были открыты первые мозаики на Пафосе.

Археологи назвали виллу в честь бога вина, радости и сил природы, Диониса, т.к. именно его изображение с бокалом в руке встречается в комнатах наиболее часто. Можно только предполагать, какие пирушки закатывались в стенах с фресками, от которых остались лишь основания! Всё в эту историческую эпоху делалось с размахом.

Дионис, кроме того, ещё и бог экстаза и ужаса, неистовства и самого блаженного освобождения. Неуправляемые, происходящие сами собой природные процессы, особенно животворная влага, кровь, соки и т.д. — это всё его владения. Кстати, он – единственный бог, спасающий и восстанавливающий женщин в правах, в то время, как другие олимпийские боги подавляют и насилуют женщин.

Все мы знаем, ну или догадываемся, что такое вакханалия. Значение особо не поменялось — это торжество во славу Вакха, Бахуса, Диониса. Вино, экстаз, танец, оргия, жертвоприношение, поедание сырого мяса животного и, как следствие, приход Диониса в каждого из присутствующих.
Вилла Диониса поражает своими размерами — из всей площади в 2000 кв метров (включая несколько этажей!) четверть полов покрыта мозаиками. Расположение комнат решалось относительно сторон света: комнаты отдыха, спальни, полы которых были выложены галькой и отштукатурены, купальни и так далее устраивались на востоке, а мастерские, кухни и прочие помещения для работы с земляными полами — на западе, там же находились залы для приёмов. На юге располагался большой бассейн, имевший дренажную систему.

По римской традиции, в центре здания располагался атриум, пространство, окруженное колоннадой. В центре крыши было отверстие для стока дождевых вод — комплювий, а под ним, в середине двора — прямоугольный бассейн имплювий.


Рядом с атриумом была обнаружена более древняя мозаика из гальки, изображающая монстра Сциллу. Эта одна из старейших мозаик на Кипре украшала дом, на котором была позже построена резиденция, датируется ранним эллинистическим периодом. Сейчас она находится в музее, а мозаику того же периода из обычной морской гальки, двух дельфинов, держащих в зубах трезубцы, можно увидеть на развалинах первых христианских катакомб не далеко от археологического парка, на холме Фабрика.

Нарцисс

Этот самовлюбленный персонаж, сын речного бога Кефисса, любуется своим отражением в реке на мозаичном панно в вестибюле виллы.

Прекрасный юноша отверг любовь всех девушек без исключения, досталось даже нимфам. Конечно, представительницы сами знаете какого пола пошли ябедничать богам. И вот, однажды взглянув на своё отражение в реке после охоты, Нарцисс влюбился в себя настолько крепко, что не мог отвести от себя глаз и умер через несколько дней от голода и жажды. Холодный, но прекрасный цветок, выросший на этом месте, назвали в его честь.

Конечно, миф глубже, чем кажется. «Нарцисс» переводится с древнегреческого как «столбенеть», «цепенеть», в древности цветок на высоком стебле считался символом умирающей природы: букеты нарциссов возлагали к могилам. Можно предположить, что миф не о чрезмерной любви к себе, а о боязни увидеть своё второе, потустороннее «я».
Времена года

Зал «Вечности и Времён Года» находится рядом, его изображения 4-х времён года только на первый взгляд могут показаться простыми, но на самом деле они несут глубокий философский смысл и заставляют размышлять о времени, пространстве и естественном движении.

Вечность, расположенная в центре, окружена четырьмя состояниями природы, которые эту вечность и формируют: зима держит кувшин, из которого течет вода, осень носит венок из желтых листьев, весна — цветочный венок, лето — венок из колосьев пшеницы.

Геометрический орнамент между изображениями непростой: некоторые элементы кажутся нам вертикальными, некоторые — под углом. Если обойти мозаику по кругу, они поменяются местами, олицетворяя непрерывную и гармоничную связь всех природных изменений.
А давайте заглянем ещё глубже? Что было на этом месте до прихода римлян?

На раскопках в доме Диониса были найдены сосуды, которые использовались за 300 лет до пришествия Иисуса, к тому же кухонная утварь, глиняные поделки и сосуды римской эпохи, 50 лет до н.э. И это не всё! В земле хранились маски, бюсты сатиров, и даже римское оружие.

Самая интересная находка на этом месте — кем-то оставленный клад! Амфора с двумя тысячами монет эпохи Птолемеев! Считается, что они были отчеканены в Пафосе и Александрии. Не суждено было хозяину клада попировать — сейчас монеты хранятся в музее Никосии.
Триумф Диониса
Не зря этой вилле было дано имя бога вина и радости Диониса. В одном из главных её залов, рядом с изображениями уборки урожая, расположена длинная прямоугольная мозаика «Триумф Диониса», описывающая триумфальное возвращение Диониса из военного похода в Индию, откуда он привез индийских рабов и пантер. Эти изображения датируются поздним II – ранним III веками нашей эры.

В центре композиции расположен сам Дионис, на колеснице, запряженной двумя леопардами, в венке из листов плюща и с жезлом в руке. За повозкой идут Сатир, дух плодородия, с сосудом и пустым мехом для вина, и Пан, дух леса и охотников, с пастушьим посохом и щитом.

Два темнокожих связанных юноши идут перед и за колесницей, это трофеи из Индии, как и девушка с тимпаном. Также сзади некто, во время шествия, разбрызгивает вино. Божественной колесницей управляет Силен, бог рек, первый наставник Диониса, научивший его виноделию и пчеловодству. Обычно он изображается толстым, плешивым и пьяным.

На леопардов кричит коленопреклоненный дрессировщик с ремнем в руке. В правом углу панно — обнаженный флейтист, поющий славу Дионису.

"Вакх", Караваджо, ок. 1596 г.
Галерея Уффици, Флоренция, Италия.
Смысл всего этого действа и вообще появления Диониса в таких масштабах в домах богатых горожан в том, что вино постепенно вытеснило все опьяняющие напитки и распространилось повсеместно. Масштабы вакханалий дают возможность предположить, что в вино добавлялись и другие наркотические средства. Так, римляне пели гимны опьяняющей свободе и более широкому взгляду на жизнь. Вполне возможно, у Олдоса Хаксли, придумавшего сому и грибы в своих знаменитых произведениях, были древние родственники.
Одна из последних сцен в романе «О дивный новый мир» описывает именно такое празднество, экстаз под действием наркотических таблеток, которые употребляются всеми жителями искусственно запрограммированного общества, чтобы подавлять редко, но все же проявляющееся человеческое. Эта сцена призвана устрашить читателя, так как осознавая весь ужас происходящего, сводит счеты с жизнью главный герой произведения, незомбированный, «нормальный» человек, пришелец из индейского гетто.

В другом же романе, «Остров», такой же наркотический экстаз и встреча, не с Дионисом, конечно, но с дополненной реальностью, происходит на празднике вступления подростков во взрослую жизнь, происходящем в древнем индийском храме. Эта сцена, в отличие от «мира», имеет положительный оттенок, как акт освобождения и приобщения к мировой мудрости.
«Дионисизм проповедовал слияние с природой, в котором человек всецело ей отдаётся. Когда пляска среди лесов и долин под звуки музыки приводила вакханта в состояние исступления, он купался в волнах космического восторга, его сердце билось в лад с целым миром. Тогда упоительным казался весь мир с его добром и злом, красотой и уродством. Всё, что видит, слышит, осязает и обоняет человек, — проявления Диониса. Он разлит повсюду. Запах бойни и сонного пруда, ледяные ветры и обессиливающий зной, нежные цветы и отвратительный паук – во всём заключено божественное. Разум не может смириться с этим, он осуждает и одобряет, сортирует и выбирает. Но чего стоят его суждения, когда "священное безумие Вакха", вызванное опьяняющим танцем под голубым небом или ночью при свете звёзд и огней, примиряет со всем! Исчезает различие между жизнью и смертью. Человек уже не чувствует себя оторванным от Вселенной, он отождествился с ней и значит – с Дионисом».
— Александр Мень. «История религии»
Ипполит и Федра

Отвлечёмся от оргий в сторону странной любви: Федра, дочь царя острова Крит Миноса и жена царя Афин Тесея, влюбилась в сына своего мужа от первого брака, Ипполита. Ипполит её отверг, тогда она в обиде наврала мужу, что Ипполит пытался её соблазнить. Тесей проклял Ипполита, но сам мараться не стал, а попросил Посейдона, бога океана, покарать молодого наглеца. Посейдон наслал на берег бурю, Ипполит разбился о скалы, а Федра, узнав об этом, покончила с собой.

На мозаике Ипполит стоит слева, рядом с ним охотничий пёс. Ипполит возмущён после прочтения любовного письма Федры. Она же показана справа сидящей на троне, нетерпеливо ждущей реакции молодого человека. Плащ Ипполита перекинут на плечо, на ногах сандалии, он — само воплощение отказа. В его левой руке длинное копьё, а в правой — послание Федры, которое как бы говорит «Что написано, то останется» (Scripta manent). По замыслу художника Федра находится меж двух огней: прекрасный юноша — с одной стороны и Эрот, пускающий стрелы, ещё больше воспламеняющие сердце женщины, с другой.
Мозаики со сценами охоты

Изображений охоты в этом богатом доме очень много. Все они — динамичны, суровы и точны в исполнении. Львы, кабаны, дикие ослы, леопарды, тигры, олени, разъяренные быки и, конечно, храбрые охотники.

Многие из этих животных на Кипре не встречаются. Почему же они появились на полах в атриуме? Всё просто: эти сюжеты пришлю сюда (как и в другие части Римской Империи) из северного Египта.

Похищение Ганимеда

Ещё одна история о любви: бога Зевса и прекрасного юноши Ганимеда. Ганимед, сын троянского царя Троса, настолько приглянулся великому громовержцу, что был им похищен и перенесён на Олимп. Трос получил золотую лозу работы искусного, доброго, но некрасивого бога Гефеста, пару коней и обещания сделать Гефеста бессмертным.

Обещание было исполнено: Ганимед получил вечную юность, он стал виночерпием на пирах богов и любимцем Зевса. Согласно Цицерону, он подавал богам нектар и амброзию, а согласно Еврипиду — он делил ложе с Зевсом.

На мозаике Ганимеда похищает Зевс в образе огромного сильного орла. Орёл держит в своих когтях юношу, который напуган, но при этом нежно обвивает шею орла рукой. Клюв орла находится прямо над головой Ганимеда, что означает «он под моей защитой». Расправленные крылья орла и ноги Ганимеда, не касающиеся земли, создают полное ощущение полёта.
В коридорах или небольших залах в изобилии мозаики в разнообразными геометрическими рисунками, с узорами в форме лабиринтов, плетений, звезд, квадратов, ромбов, соломоновых и морских узлов, роз, небольших пальм и других фигур. Часто между фигурами изображены предметы обихода, кувшины, зеркала и проч.
Пирам и Фисба

Одна из длинных мозаик разделена на три части. Первая — история о двойном самоубийстве по ошибке, античнная предтеча шекспировской самой печальной на свете повести.

Молодые влюблённые, Пирам и Фисба, договорились провести свидание на берегу родника. Девушка пришла первой и была атакована львицей, но выжила и спряталась в пещере, обронив шарф. Подошедший Юноша решил, что она погибла, и заколол себя ножом, не желая жить без возлюбленной. Вернувшаяся Фисба увидела мертвого Пирама и убила себя тем же ножом.

На мозаике все ещё живы: Пирам лежит справа в традиционной позе речного бога с сосудом, из которого вытекает вода. Испуганная Фисба убегает от львицы, которая изображена на фоне и держит в зубах окровавленный платок.
Икарий и Дионис

И снова про пьянство, но уже про бой ему.
Мозаика об истории Икария, приютившего Диониса в Афинах, за что второй обучил его виноделию, не забыв предупредить быть осторожным с вином. Несчастный Икарий угостил вином двух пастухов, которые опьянели, приняли Икария за отравителя и убили его.

Слева изображены Дионис и полуобнаженная нимфа Акме, пьющие вино, в центре седобородый Икарий держит поводья повозки, заполненной бочками с вином. Справа — два пьяных пастуха. Надпись над ними переводится как «первые выпившие вино».

Мозаика напоминала присутствующим сановникам о вреде слишком обильного употребления алкоголя. Хотя, намёк на то, что высшим существам от вина только хорошо, на мозаике тоже присутствует.
Посейдон и Аммона

Третья часть этого панно — миф о Посейдоне, боге морей, и Аммоне, дочери царя Даная, которую, как и её сестер, отец отправил на поиски воды во время страшной засухи. Аммоне повстречался Посейдон и указал ей на источник воды.

Посейдон изображен с неизменным трезубцем, сосуд символизирует источник воды, а Эрос, держащий в руках факел, явно намекает на не совсем дружеские отношения между героями мифа.
Аполлон и Дафна

А это — миф о желании отдаться тому самому. Дафна убегает от Аполлона, желающего овладеть ею. Отец Дафны, Пеней, помогает ей, превратив её в лавровое дерево. Мозаика изображает момент превращения, за которым наблюдает изумленный Аполлон, держащий в руке лук. Слева — сам отец красавицы, в характерной для речных богов позе.
Помимо мозаик, на территории археологического парка есть ещё множество интересного. Например, римский театр Одеон (II век нашей эры) на 25 рядов. Сейчас он отреставрирован и также принимает желающих посмотреть представление или послушать музыку.

Или главная площадь, римская Агора, использовавшаяся как пространство для рынка и общественных мероприятий. Там же находился Асклепион, место поклонения богу медицины Асклепию и лечения больных.

Асклепий превзошёл в искусстве врачевания всех, и смертных, и богов, он так искусно лечил, что люди перестали умирать! Он также умел воскрешать из мертвых. Бог небытия Танатос посетовал Зевсу, что врач нарушает мировой порядок вещей, ведь если люди станут бессмертными, они превратятся в богов! Тогда Зевс поразил Асклепия, но тот вернулся из царства мертвых и стал богом врачевания.

История появления символа медицины, посоха со змеей, тоже связана с Асклепием. В мифе говорится, что однажды его посох обвила змея, он убил её, но тут появилась вторая с какой-то травой во рту и воскресила первую. Асклепий нашёл эту траву и с её помощью стал лечить и воскрешать из мертвых. Отсюда же символ «яд и противоядие» в виде чаши со склонившейся на ней змеёй: яд, попадая в чашу, подставленную человеком, превращается в противоядие.
Пафосский археологический заповедник — уникальное место, в котором можно не только посмотреть на основания римских зданий и мозаики в их залах, но и поразмышлять о тех сюжетах и идеях, что волновали античные головы почти 2000 лет назад. Ясно, что римское искусство играло на Кипре большую роль в первые века нашей эры, позаимствовав всё лучшее из эллинистического периода и усовершенствовав качество изображения.

Темы разнообразной любви, смерти, бесконечности времени и конечности жизни переплетаются здесь с величием героев и радостью от пиров в хорошей компании и, непременно, с лучшими винами. По мозаикам Пафоса можно прочитать рецепт жизни обитателей Римской Империи: достигай, веселись, но не забывай задуматься.



Другие публикации, которые могут быть Вам интересны: