сентябрь 2017
Интервью
с авиационным художником
Дмитрием Латышевым
Беседу вела: Катерина Вендилло
— Когда Вы впервые увидели самолет? Что это было за впечатление?


Первый раз я увидел самолёт во сне, вернее то, что видит лётчик истребителя во время полёта. Такие сны мне снятся с раннего детства. Отвесное пикирование вниз, нисходящая спираль с переходом на вираж, почти касаясь крылом земли, бреющий полёт между деревьев... Я очень удивился, когда это произошло в реальности, ведь это именно то, что снилось.

Полёт на L-29.
Первое настоящее знакомство с самолётом произошло на высшем пилотаже, это было на реактивном самолёте L-29. Спасибо лётчику Андрею Легкову за тот уверенный пилотаж, расширивший моё сознание.

А вообще полётов на гражданских самолётах в моей жизни было много, ещё с грудного возраста, когда чуть подрос, всегда стремился к иллюминатору, чтобы наблюдать взлёт и посадку, коротать часы в небе, наблюдая за причудливыми формами облаков на фоне контрастного горизонта.

Дмитрий Латышев и лётчик Андрей Легков
— Рисуете ли Вы что-нибудь, кроме авиатехники? Что-нибудь другое вдохновляет Вас?
Авиационные картины — это не только авиатехника, там присутствуют портрет, пейзаж, баталия, инженерные точности, возможны разные сцены, не только в небе. Аэродромы и аэропорты тоже наполнены множеством необычного: красивые дизайны, техника обеспечения, форма пилотов, стюардесс и персонала, размеренная чёткость и благородность аэропорта к пассажирам...

Кроме авиации, вдохновляют путешествия. Каждая новая страна — это интересная смена обстановки, яркие эмоции и свежие мысли.
— Какие Вы техники используете? Менялась ли Ваша техника от периода обучения до сегодняшнего дня?
Сейчас разрабатываю свою технику. Это будут картины, которые не боятся перегрузок, перемен давления и влажности, а также и времени: думаю, и через тысячу лет будут выглядеть неплохо. Хоть в космосе.
В основном холст, масло. Манера — нечто взято от классических русских мастеров, но по большей мере у меня свой подход. Эксперименты, как изобразить тот или иной объект. Пробую разные цвета и мазки, пока не решу, что найден интересный способ и теперь я доволен. Получается многослойность, та самая, которая бывает так притягательна для ценителей. Хотя я не раз слышал плохие отзывы от сторонников классики. Нравится, когда человек чувствует, изначально не раскладывая по технике, загорается интересом к сюжету на картине, видит энергетику и посыл мысли.

Я занимался различными видами изобразительного искусства, в принципе многое и часто менялось, но стремление всегда было именно к картинам, сейчас мне очень комфортно.
— Кто Ваш учитель? Есть ли человек или люди, повлиявшие на Ваш выбор и Вашу жизнь? Какие ценные советы они Вам давали?
Рисую я с маленьких лет, это скорей врождённое, а базу знаний заложили в художественной школе. Сильная оказалась художественная школа, в следующих учебных заведениях был не столь резкий скачок знаний. Ходить в художественную школу помогла мама, прогульщик я был ещё тот, хотя там ко мне относились как к маленькому гению. Многое понял из индивидуальных занятий с преподавателями художественных институтов.

К авиации тяга была всегда, но есть человек, чьё творчество давно вызывает интерес - это наш прославленный видеооператор воздушных съёмок Артур Саркисян, все знакомы с пилотажными группами "Стрижи" и "Русские Витязи", это вы знаете в основном по его видео с центральных телеканалов и авторских фильмов. Сейчас мы с ним сотрудничаем, по его материалам сделана серия картин, посвящённая высшему пилотажу.

Жена поддерживает, ей вместе со мной интересна авиация, вместе ездим на военные базы, авиапраздники и полёты, она принимает активное участие в создании картин, она мой постоянный критик, соратник, подсказчик и муза.

Ценный совет первым в памяти вспомнился отцовский: «Не торопись, а то успеешь…»
Дмитрий Латышев, его жена Лия и Артур Саркисян.
— Есть ли у Вас любимый самолет, почему именно он?
Очень нравится ряд самолётов по разным характеристикам. Например, Су-27 признан одним из гениальных дизайнов прошлого столетия, согласен с этим, грациозность форм завораживает и эмоции вызывает как хищная птица, про технические совершенства можно говорить долго. Американский F-22 это основоположник нового дизайна, внешность выдержанна безупречно, так и технические характеристики впечатляют, хоть его и превосходит наш Су-57, который, пожалуй, лидирует сейчас в истребительном самолётостроении (о нём можно вести отдельный разговор, чудо технической мысли). Ту-160 это невероятно красивый "лебедь", в недрах которого скрывается очень много неприятностей для врага. Немало прекрасных самолётов, но хочу выделить самолёт, к которому особое отношение, примерно как к автомату Калашникова, это МиГ-29. Машина с особым характером, настоящий боец неба.

Картина «Взлёт». Холст, масло.

На ней изображен истребитель МиГ-29 на вертикальном взлёте. Она посвящена кадру из фильма «Обнимая небо» (киностудия «Мосфильм», режиссёр Милена Фадеева, для которого Артур Саркисян осуществлял все воздушные съёмки).
— Какова в общении Светлана Капанина? У лётчиков есть, к примеру, свой особый язык?
Светлана Капанина — очень волевой человек, чего стоит один её взгляд, который говорит, что состязание с ней — это крайне сложная задача. В общении она хороший, чуткий собеседник.

Язык лётчиков наполнен терминами, сленгом и помешанностью, любовь к небу чувствуется во всём. Возможно, что человек, не изучавший полёты, будет задавать дополнительные вопросы в беседе с лётчиком.

Картина «Положительная перегрузка». Холст, масло.

Светлана Капанина, семикратная абсолютная чемпионка мира, признанная лучшим пилотом столетия, крутит сложнейшие кульбиты в небе олимпийского Сочи. Картина была торжественно вручена Светлане после ее выступления на Международном авиационно-космическом салоне МАКС-2017. На картине изображен момент, когда самолёт находится в перевёрнутом состоянии, но при этом действует положительная перегрузка, море сверху, небо снизу. Светлана перевернула картину головой вниз и сказала, что так и повесит у себя дома.
— Участвуете ли Вы в выставках? Есть ли выставки аэроживописи?
Выставок у меня было много и по разным направлениям. Сейчас, когда я занимаюсь авиационной живописью, каждая картина — это уже отдельная выставка. Например, мои картины можно было увидеть на крупнейшей в России военной выставке АРМИЯ-2017 и последующие годы это постоянная экспозиция. Вручение этих картин происходило с Артуром Саркисяном представителю авиабазы Кубинка (имени знаменитого аса И.Н. Кожедуба, который служил там) — командиру «Стрижей» Сергею Осяйкину, там был представитель «Русских Витязей» и командир «Соколов России», все эти люди и это место — легенды Русской авиации.

Да, есть всевозможные выставки авиационной живописи, приуроченные к авиамероприятиям, праздникам, в авиационных музеях, экспо или персональные выставки.
Лётчики "Стрижей", "Русских Витязей", Артур Саркисян, Дмитрий Латышев и его жена на авиабазе Кубинка.
Вручение картин.

Картина «Кубинский бриллиант». Холст, масло.

На ней изображены группы высшего пилотажа «Стрижи» и «Русские Витязи»
на фоне синего неба, летящие общим, невероятно точным строем, создавая очертаниями форму, похожую на огранённый драгоценный камень.
— Где Вы пишете? Дома, в мастерской? Как проходит Ваш обычный день?
Пишу я в разных обстановках, в мастерской и дома, пленэр возле самолётов наполняет особой энергетикой. Бывает много путешествий, будь то Россия, Германия, Таиланд... мастерская там, где я.

Мой обычный день может быть очень разным, размышления о новой композиции, день живописи, дорога, общение с журналистами или домашние дела. Ещё мне очень нравится проводить день на аэродроме, полёты — это всегда праздник.

— Как передать на картине скорость, мощь истребителя?
Как передать скорость? Есть несколько способов. Например, если посмотреть на колесо движущегося автомобиля, то мы увидим, что спицы колеса оставляют за собой шлейф, сливаясь при этом воедино, вот с самолётом похожая ситуация - глаз не успевает запечатлеть летящий самолёт полностью (если точнее, то скорость восприятия мозга ограничена), часть самолёта будет размазана и прозрачна, это можно изобразить. Или наоборот, сфокусировав зрение на самолёте, размажется всё на фоне. Ещё за самолётом бывают вихри и тепловые следы за соплом двигателя. Можно показать приборами в кабине и положением лётчика, на положительной перегрузке его вжимает в кресло, на отрицательной наоборот — виснет на ремнях.

Мощь — это форсаж, вертикаль, вихревые следы на перегрузках, работа с вооружением, подпитанная невероятной грациозностью.
— Что в авиации Вас вдохновляет, а что, наоборот, раздражает, не нравится?
Кроме красоты и пилотажа, вдохновляет патриотизм и то, что именно наша авиация находится на столь прекрасном уровне, хоть и не без недочётов. Кроме военной авиации отмечу и гражданскую, в ней много размеренности и красоты спокойных перемещений или спортивных граней возможностей — мирная гармония. Красота вертолёта необычна — высоко технологичный летательный аппарат с фантастическими возможностями, дизайн которого продуман до мелочей.

Раздражает сложность закрытого неба и добавочные расходы на ввозимую технику.
С командиром "Стрижей" гвардии подполковником Сергеем Осяйкиным.
— Что бы Вы поменяли в современном обществе, если бы могли?
В обществе хотелось бы сделать акцент на высоких ценностях, реклама в политических масштабах иногда жестока. Можно получать не меньше пользы, внедряя новые продукты через позитивные мысли, не разрушая семейных ценностей, патриотизма и уважения друг к другу.
— Зачем человек стремится в небо?
Страх высоты — один из глубочайших инстинктов, но ещё больший инстинкт — преодолевать это.

В небо человек стремится с незапамятных времён. Мечты летать, как птица, быстрое перемещение, высота, красота. Позже это переросло в спорт и противостояние вооружённых сил. В небе много прекрасного и технологичного. Картины, песни, сны, сражения. Небо стало неотъемлемой частью нашей жизни.
Другие публикации, которые могут быть Вам интересны: